Сокровища смоленских музеев

Пуговицы из коллекции драгоценных металлов Смоленского государственного музея-заповедника

07 ноября 2014г.

Не поверите, но речь пойдет о… пуговицах! Точнее, о превосходных драгоценных изделиях. Это сейчас пуговицы играют только утилитарную роль застежки. А в XVII - XIX веках они были украшениями, подчеркивающими статус и богатство владельца. С уникальными древними предметами роскоши читателей «РП» знакомит ведущий научный сотрудник фондов Смоленского государственного музея-заповедника, хранитель коллекции драгоценных металлов Валентина Склеенова.

- В нашем хранилище - 746 пуговиц, которые достались нам по наследству от историко-этнографического музея княгини М. К. Тенишевой, - рассказала Валентина Ивановна. - Они относятся к разным эпохам и представляют собой необычайную ценность. Смоленску невероятно повезло, что он обладает таким сокровищем!

Кто и когда изобрел первую пуговицу, неизвестно до сих пор. Но подобия «шляпки с ушком» можно увидеть даже на «одеждах» древнегреческих скульптур. Однако на пике моды они оказались в Средние века: в XVI столетии в Западной Европе началась настоящая пуговичная «эпидемия». Знать буквально «сошла с ума» от любви к этим украшениям: сильные мира сего заказывали пуговицы из чистого золота и серебра и расшивали ими наряды буквально по каждому шву. Например, известно, что французский король Франциск I в первой половине XVI века распорядился купить для своего бархатного черного камзола 13 600 золотых пуговиц, а для своего сына - 18 дюжин серебряных. Удивительно, но против такого нововведения сразу выступили женщины. Видимо, самым заядлым модницам того времени ленточки и тесемки нравились больше. Но постепенно и прекрасная половина средневекового общества пристрастилась к пуговицам.

Эти драгоценности передавали по наследству. А еще они были одним из самых желанных подарков. Пуговицы стоили целое состояние, поэтому против такой расточительности выступали пуритане. Последователи «очищающей» религии настолько ополчились против роскошных украшений, что предали их… анафеме.

XVIII век - еще один пик всеобщей любви к пуговицам. Тогда эта «эпидемия» проникла и в Россию.
- Вспомните повесть Н. В. Гоголя «Ночь перед Рождеством». Описывая прием у Екатерины II, автор всего одной деталью определил положение гостей в обществе. Так, Фонвизин носил «скромный кафтан с большими перламутровыми пуговицами», который «показывал, что он не принадлежал к числу придворных». Зато у Потемкина на одежде были бриллианты, а на шапке фаворита императрицы было нашито столько драгоценностей, что ее приходилось нести в руках, - продолжила Валентина Склеенова. - Еще один пример - былина о Соловье Будимировиче, в которой Забава Путятишна «надевала шубу соболиную, цена-то шубе три тысячи, а пуговки - в семь тысячей». Об одном петербургском щеголе XIX века говорили, что он заказал себе пуговицы для фрака на выручку с продажи двух крепостных. Изготовление этих украшений было делом невероятно сложным. Поэтому мастерство передавалось от отца к сыну, создавались целые династии.

В собрании музея хранятся самые разные пуговицы - грушевидные, овальные, половинчатые, гладкие, граненые, ложчатые, чешуйчатые и т. д. Самые древние из них, относящиеся к XVII веку, не украшены драгоценными камнями, зато поражают своими размерами - с куриное и перепелиное яйцо.

С годами пуговицы начали «мельчать» и выглядеть все шикарнее. Ювелиры буквально осыпали их изумрудами, бирюзой, гранатами, кораллами. Ценились и пуговицы из круглых отполированных камней (например, опала и сердолика), которые обрамляет обкладка из серебра с разноцветной эмалью. А если учесть, что Тенишева была большой поклонницей этой техники, становится понятно: мимо такой красоты княгиня пройти не могла.

Позднее, когда пуговицы еще больше потеряли в весе, их стали продавать на стерженьках. В набор могли входить украшения, выдержанные в единой стилистике, но не одинаковые.

Постепенно бережливость и здравый смысл взяли верх над расточительностью. Россыпь драгоценных камней на «шляпках с ушками» ушла в прошлое. Пуговицы стали обтягивать тканью и использовать по назначению – как застежки. А старинные украшения перепрофилировались в серьги, кольца и браслеты.

- Можно только догадываться, где Мария Клавдиевна собирала свою коллекцию. Скорее всего, скупала в антикварных лавках. А возможно, и во время своих экспедиций в северные губернии. Не секрет, что там крепостное право свирепствовало не так сильно, как в наших широтах. Поэтому вполне вероятно, что она приобретала эти пуговицы у простых крестьянок, - предположила Валентина Ивановна.

Юлия Шенгур
«Рабочий путь»
http://www.rabochy-put.ru/culture/59036-chast-muzeynoy-kollektsii-predali-anafeme.html